Вы здесь

Борис Вьюхин: “Я непокладистый руководитель даже для своих подчиненных...”

В исследовании характера депутата Городского Собрания Котласа, лидера фракции “Справедливая Россия” Бориса Вьюхина я опиралась на его директорский опыт. Но в беседе открылось, что в душе наш герой — идеальный технический директор или главный инженер. А сила его результатов начинается с его... неудобности. В чем, кому и почему - читайте в новом интервью проекта "Собрание характеров". Гарантирую, что откроете депутата Вьюхина со стороны рациональности, масштаба мыслей, внимательности к деталям, нацеленности, любви к Котласу и всем понятных ценностей! Приятного исследования! 

— Борис Николаевич, на мой взгляд, многие горожане до сих пор ассоциируют вас с директором Горводоканала. Когда вы инспектируете с депутатскими комиссиями свои бывшие объекты, не раз замечала, что есть люди, которые воспринимают вас именно так. Интересно, а сами вы отпустили от себя, из своей жизни эту историю с водоканалом?

— Нет, ну, я когда до водоканала работал в администрации, занимался жилищными вопросами и ушел — похожий шлейф за мной тянулся. И до сих пор еще ходят консультируются. Это говорит о том, что моя позиция такова: если я владею чем-то, знаю — я делюсь. Поэтому и в водоканале так. Если я работал как руководитель — продолжительность была большая, если наработал много направлений развития предприятия, естественно, народ видит, что это надо дальше развивать. Естественно, ко мне будут обращаться. И будут обращаться вот так же. 

— Сколько лет вы руководили Горводоканалом?

— Почти 30 лет. 

— Перечислите те направления, которые вы наработали…

— Сама суть водоканала — дать воду людям. Качественную. Чтобы это не влияло на здоровье и последующие поколения. Мы когда сводим показатели эффективности предприятия, говорим с точки зрения финансов. Но при этом мы утверждаем тариф платы для населения. Сейчас это делает комиссия по тарифам и ценам в области. А тогда утверждала администрация в Котласе, не давая технически развиваться, поэтому все сводилось к тому, что мы были вынуждены поить людей некачественной водой. Хотя в основе Горводоканала должно лежать качество. Поэтому первое направление — это качество воды. Мы смотрели, как можно сделать из той воды, которая есть, гостовскую, не опасную для населения.

Второе. Смотрите, что творится с экологией! Если взять в целом и посмотреть — есть такой профессор Вернадский, который проработал и ввел понятие “ноосфера”. Оно говорит о том, что человек находится внутри природы. Не как нам Мичурин говорил — “Мы не можем ждать милостей от природы, взять их у нее — наша задача”. Меняется представление в сторону, что человек - это природа. И к экологии нам тоже надо менять свое отношение. В первую очередь, человек сам должен поменять его! Поэтому в этом направлении мы тоже работали - чтобы уменьшить загрязнения окружающей среды. Проекты лежат, но сейчас они уже невостребованы, устарели. 

Третье — надо было расширить реализацию. Прийти с ней куда угодно. А это два момента: развитие сетей и приборов учета. 

Ну, а последнее. Я когда пришел работать в водоканал — это было тогда управление водоканализационного хозяйства. В 1984 году. В городе было 50 прорывов! Старение сетей! Материал труб — сталь, много последствий после этого. Надо переходить на новые материалы. С трудом, через всех, притащили сюда пластик и стали его внедрять не через разрытие даже, а через горизонтальное бурение. Мы первые в области начали его. Мне даже с Архангельска звонили, просили проконсультировать, как это дело внедрить. 

А что касается качества воды в нашем городе сейчас, в настоящее время сделан шаг назад. У тех, кто пришел сейчас на все уровни власти, совершенно другое понимание. Деньги есть — значит хорошо. Нет — и все. Все надо было вовремя делать, если понимать суть. Когда работала команда Зверева — Трача, мы нашли канал поддержки финансового состояния водоканала. Предприятие очищает городские ливневые стоки через свои очистные соединения, несет убытки — город возмещал их. И было развитие...

Здесь можно много говорить. Но самое главное — это позиция человека, который сегодня обладает властью, административным ресурсом, его позиция к задачам водоканала. Она не должна быть только «хапнуть и не заглядывать далеко».

— 30 лет в водоканале — это самый весомый опыт в вашей жизни?

— В аэропорту работал 7 лет — я сам по себе авиатор, это моя стихия. Знал, что по здоровью в летчики не пройду, у меня было радиолокационное обслуживание. Это самолетовождение и посадки самолетов. Потом был водоканал, администрация — 7 лет. Потом опять водоканал. И сейчас опять 7 лет — воинская часть. 

— Какая знаковая для вас цифра - 7!

— Да.

— Но все-таки вы не ответили — историю с водоканалом отпустили от себя?

— Абсолютно! Не вижу той заинтересованности руководства, которую я имел в виду, - что делать. Во-вторых, предприятие потеряло специалистов, которые были единомышленниками и специалистами. Поэтому... ну, чего! Я даже не смотрю их финансовые результаты. Ни к чему. Не интересуюсь.     

Отступления автора. Делиться знаниями — вот, оказывается, какое качество Вьюхина в основе уважения со стороны коллег-профессионалов. Отличие Вьюхина-лидера, которое он сохраняет и развивает всю свою жизнь. А шлейф желающих посоветоваться — как доказательство. Вызывает уважение? Для меня однозначный ответ — да, в этом мне уже видится сильная сторона Бориса Николаевича.  И цифра 7 неслучайна! По статистике, чтобы стать твердым специалистом в какой-либо отрасли или сфере, нужно заниматься этим именно семь лет. С 12 лет стажа начинается уже экспертный опыт, когда рождается мастер своего дела! А его ориентир в экологии на ноосферу и деталь, что начинать мы должны с изменения своего отношения к природе, уже говорит о масштабе личности Вьюхина. Искать возможности, видя перспективу дела, которое делаешь в жизни, — это ведь и про ответственность человека, руководителя. Ответственность не перед планом даже, а перед своими личными ценностями и выбранным вектором в жизни. Этим Вьюхин часто выделяется в Собрании депутатов, возвращая участников дискуссий к смыслам и целям в масштабах развития города. Он и сам видит далеко. Но главное - опирается на твердую почву в себе...

— Должность директора — не пожизненная. Ее так же сложно удержать, как и занять. Как вы этими процессами управляли? 

— Чтобы раскрыть эту тему основательно, надо прийти к человеческой сути. Первое врожденное желание — это покушать. Второе — получить удовольствие любого типа. И третье — довлеть над людьми. Командовать. Влиять. Не зря же есть поговорка - плох тот солдат, который не хочет стать генералом. То есть получить долю власти над людьми. Кто говорит, что его это не интересует, врет. Это всегда довлеет над человеком. И вот когда человек приходит во власть — никто же не уходит потом работать в слесари! Потому что он получил эту возможность и хочет за нее цепляться. 

Когда я первые годы работал директором, был такой начальник РСО Субботин - он мне говорил: “Все, Вьюхин, ты теперь постоянно будешь в директорах”. Хотя я по натуре не директор. Я хороший технический работник. Я могу быть хорошим главным инженером. Директор — это совершенно другой спектр требований и вопросов. Поэтому я говорил: “Да нет, я как-то уйду”. Но тем не менее, когда вышел на этот уровень, не только внутреннее мое желание было, но и внешние факторы влияли на то, чтобы быть директором.

Самое важное — не должность, а иметь возможность руководить, влиять на людей. С этим мы родились, с этим живем, с этим помрем. Просто одни сумели по этой лестнице куда-то выйти, вторые не сумели. А желание у всех одинаковое. 

— А когда кресло качалось, как удавалось остаться на плаву? Непотопляемым?

— Ну, во-первых, это своя внутренняя сила. У меня были эти моменты. Во всяком случае, все равно желание оставаться есть, но чтобы реализовать его, только цепляясь за должность директора, такого не было. Есть моменты, когда сам себе говоришь — слушай, да пропади это все пропадом! Но все равно возвращаешься к тому, что надо быть именно в этой стезе. Пережить. Все индивидуально и зависит от ситуации. 

Когда в водоканале меня “ушли”, я это знал, просчитывал, что без принятия мер — надо было менять структуру водоканала, ничего не получится. Не выйти из финансового положения, не решить те задачи, которые решало предприятие. Я уже видел это и согласился, тем более уже был на пенсии. Хотя ко мне Мелентьев придирался все — почему? Это уже другой вопрос. Я неудобный для их руководства, потому что нужно, чтобы руководители были покладистыми, а я не являюсь таким. 

Я не покладистый руководитель даже для своих подчиненных, и они меня за это ценили, потому что непокладистый я в части - ребята, давайте мы что-то новое двигать будем, не будем тут топтаться. Да, вот идем по накатанной и идем - это самое противное, что может быть в руководителе! Руководитель - он должен все ж то быть генератором идей! Тогда будет собираться вокруг тебя народ, единомышленники, а это специалисты. Но любой специалист всегда неудобен для руководителя абсолютно. Он будет свое мнение иметь, отстаивать его. Поэтому с ними интересно, но и тяжело работать. Но самое главное - должен быть оппонент, который бы оппонировал руководству. Если нет оппонента, для руководителя это все, смерть. Диалог с оппонентом всегда приводит к какому-то правильному решению. Поэтому эта ситуация с уходом многих водоканальцев понятна — они тоже жили этим, там интерес проявлялся. 

— Вы подбирали команду именно с этих позиций, чтобы были специалисты “неудобные”?

— Да, самое главное — чтобы человек был неравнодушен к своему делу. Представьте, берешь водителя, он ездит на машине, в которой все болтается? Чем человек живет? Оторван от всего. Что он даст для предприятия, коллектива, в котором живет? Ничего. Он просто существует, прошел и ушел. А человек, который неудобен, просит привести машину в порядок, то и то поменять. Он оставляет след — фактически влияет на развитие производства. 

— Откуда в вашем характере эта неудобность?

— От папы, от мамы (смеется). Я сам по себе живу результатом. Если я задумал что-то сделать, я должен добиться результата. Для меня важен в жизни момент, когда есть результат того, что я ожидал. Не получилось — скорректировал. Но достичь результата — это самое важное. И это принципиально. Думаю, все в основном так живут. Самое страшное в жизни — когда ты не генерируешь ничего, и ты довольствуешься этим студнем. Как бы там ни было.

Отступление автора. Отзывается в вас суть “неудобности” героя? Мне сейчас подумалось — а ведь этот опыт так необходим в наше время, когда взращивание директоров и руководителей разного ранга по сути пущено на самотек. В Котласе много тому примеров. А учиться-то есть на чьем опыте! Посмотрите, как Борис Николаевич проясняет понятие неудобности — не быть “студнем”, а быть двигателем и генератором идей в любые сложные времена и эпохи (они всегда трудные). И он ценит сам таких специалистов! Потому что есть в нем нацеленность на результат, и видно, что она его не отпускает от себя. Это как стартовый завод личности, важный ключик характера...

— С какими людьми связаны ваши уроки руководителя?

— На каждом этапе существовали люди, которые вносили что-то в мою жизнь. Когда попадаешь в ситуацию, чтобы она принесла пользу, в первую очередь, должен измениться сам. Если человек сам не меняется, то поменять что-то в округе и не сможет. Только через изменение себя. 

Людей, которые встречались мне на пути и принесли пользу, было очень много. Командир роты в училище по фамилии Зверев влиял на меня очень сильно. Пришел в Котлас — здесь был председатель исполкома… Зверев. Он взял меня замом, предложив должность, когда мне было всего 28 лет. Я получил огромную ответственность и огромные обязанности. У меня было и жилье, и коммуналка. Это доверие я даже сам не мог воспринять — что это так. Путь до директора ПУВКХ (потом его объединили в Котласжилкомхоз, и меня туда поставили главным инженером) при моем возрасте и специфике квалификации (радиотехник, инженер-энергетик) — совсем не та стезя…

Когда у меня сын пошел в науку, закончил аспирантуру, я встретился с его научным руководителем в Нижнем Новгороде. Вот там, конечно, это общение в научных кругах на меня наложило очень большой отпечаток. Их восприятием реальности. Я до сих пор с ними общаюсь, хотя сын защитился, перешел в другую сферу, но его наставники мне постоянно перебрасывают свои брошюры, издания. 

— Что вас удивило в их восприятии реальности?

— Эти люди мне раскрыли глаза на жизнь. Не надо все воспринимать так, как нам преподносится. Надо анализировать и строить свою реальность. У нас этого нет в обществе, часто есть только то, что в телевизоре. А когда ты соберешь несколько источников информации, ты можешь формировать свое мнение.

— Какие люди в “Справедливой России” оказали влияние во время становления вас как партийного лидера местного отделения партии?

— Откровенно говоря, мной руководила мысль, что оппонент должен присутствовать для любой партии. И когда строится многопартийность, она в том числе преследует цель, чтобы была какая-то политическая конкуренция. Поэтому когда звали в “Единую Россию” и везде — лучше надо бы оппонировать, чтобы лучше всем нам жить. Хотя в реальности больше разочарований. У нас же сейчас даже если посмотреть на депутатский корпус - мы тут (в “Нашем Котласе”. - Авт.) как-то еще держимся, а “у них” нет своих взглядов, есть просто служение кому-то. Но это не надо. Я сейчас от партии “Справедливая Россия” отхожу, все передаю молодым. 

Отступления автора. Что ни ответ — так яркая говорящая мысль о характере собеседника. Про изменение себя и прислушивание к себе. А еще я вижу доверие к себе. Он явно не просто шел дорогами, на которые ему указывали — он их исследовал, замечая, то что скрыто привычному взгляду, и обращал на это внимание остальных. Все это история про осознанный взгляд на жизнь у собеседника...

— Ваш взгляд на ресурсы я уловила в принятии системы ноосферы. Она до сих пор с вами?

— Я глубоко убежден. Больше — ищу эти варианты развития. Но вопрос в чем? Самый главный ресурс у нас с вами - это люди. Человеческий ресурс дает все те последствия развития экономики и прочего. Возьмем Японию. У них нет газа и многих природных богатств. Но у них хороший подход к понятию “человеческий ресурс”. Они вкладывают в человеческий капитал солидно и за счет этих инвестиций в знания получают результат в экономике. Россия же, по статистике, например, 2017 года, в разрезе ВВП только 46% вкладывала в развитие человеческого капитала. В развитых странах этот показатель был 75%! Мы и сейчас отстаем в самом важном. 

А самый большой ресурс в России - это лес. Мы не видим его по объемам. Он больше, чем газ и нефть. И как мы к нему относимся? Включите телевизор - как горит это все, и увидите. От чего горит? Последствия того, что сократили лесников. Возьмем Беларусь — она маленькая, но можно сравнить с любой областью. Там этого нет. Организована четкая системная структура, которая следит за состоянием лесов, и все прочее. 

Я считаю, что один из самых важных показателей нашего времени — в том, что мы сегодня проигрываем в человеческом ресурсе, и это налицо. Власть фактически непрофессиональна. Фактически кадровая политика у нас не идет должным образом. Мы мало вкладываем и мало получаем. Поэтому еще долго будем в хвосте мировой конкуренции по любому вопросу. 

Отступление автора. Про кадровый вопрос вышел синхрон! В корень зрит наш герой.

— Борис Николаевич, приготовила вам вопрос с “бородой”. Периодически смотрю лекции искусствоведа Татьяны Быковской, так вот она очень часто любит повторять фразу: “дьявол кроется в деталях”. Думаю, этот ее принцип вполне поможет нам с вами прояснить и другие черты вашего характера. Выберите предмет из своего бытового окружения. Любой - сумка, дом, автомобиль… И попробуем посмотреть, что в разные периоды вашей жизни он о вас говорит? О ваших привычках? О вашем внутреннем состоянии? Вы по жизни привязывались к каким-то вещам?

— Неа… И вообще материальные ценности они идут…

— И все-таки попробуем…

— Ну, взять дом. Ну, что? Это была моя убежденность, что надо построить свой дом. В 90-е годы витала мысль, что надо в развитии менять архитектуру городов. В связи с тем, что мы ее вовремя не поменяли, сейчас пожинаем плоды. Чем больше дом — тем меньше управляемость, тем больше проблем, скандалов и вообще. Надо было уходить на малоэтажное строительство, спальные районы. А идеальный вариант — это коттеджи, частные дома, индивидуальное строительство. И ведь мы это в Котласе осуществляли тогда с Трачем и со Зверевым. ТИЗы у квартальной котельной — это же мы начали делать. И была задумка, что выведем территорию, создадим всю необходимую инфраструктуру и будет распределение. Не совсем так получилось. Но тем не менее вот такой массив заселен именно таким образом.

Сегодня строительство домов в Котласе продолжается, но это — коммерческие проекты, не социальные, не для населения. Это для людей, которые зарабатывают деньги. Стоимость квадратного метра сумасшедшая, получаешь в результате сплошные неудобства — то вверху, то внизу, то затопили… А управлять этим всем не научились. Во всем мире такого нет, чтоб управляли “этим”. И не будет такого управления. Найдется один придурок и постановит всех. И сейчас надо менять, двигать, но кто этим занимается?

— Но применительно к вам. Вы построили свой дом, вам там хорошо…

— Да, особенно в карантин. 

— Это своего рода ваш протест общей линии?

— Нет, тут не протестное решение, разумное. Когда я начал строиться, тогда вообще на это смотрели ой-ё-ёй. Какой-то частник начинает развиваться, хотя все колхозное! 

— Как вы организовали свой дом? Что у вас есть? Что вы цените?

— Все есть. А что надо? (Смеется). Вода есть, газ, канализация, электричество. Баня, сауна, что еще надо?

— Дом с годами менялся?

— Если живешь в частном доме, там нет года, чтобы что-то не работалось, что-то не делалось. Это не только у меня. У всех. Идет процесс постоянный. Меняются технологии, новые виды стройматериалов. Новые отделочные материалы. Это все внедряется. Нормальный процесс. Дом меня меняет тоже. В комнате стояла так мебель, а потом иначе… Это влияет, конечно.

Отступления автора. Подытожим детали. Дом Вьюхина - это про его разумность и продуманность. И смелость, конечно, идти туда, где обществом еще не проложен твердый путь.

— В каком месте Котласа вы чувствуете себя хорошо?

— Вообще в Котласе чувствую себя хорошо. Любимые мои места… Ну, нелюбимое — это кладбище. Мы все его не любим. (Смеется). А так, во всяком случае, где живая природа, где естественность — это самое лучшее место. Мы смотрим на наши искусственные вещи — Двинопарк, который развалится после нескольких лет, я уверен. Ну, как там может быть хорошо, если там вкладывалась не душа человека, а денежный расчет? 

— И все-таки какой стилистический образ города у вас сложился, как вы его представляете?

— Сегодня, на мой взгляд, власть, и она поддерживается в области, — это «фурнитурщики». Закручивается фурнитура. Это от недостатка понимания, что надо изменить в самой структуре города. Есть много моментов, к которым нужно фундаментально подходить. Но они не будут этим заниматься. 

— Интересно поразмышлять над образами городов, копнув на глубину веков. Романика, готика, шикарное барокко — испокон веков зодчие создавали шедевры. Конечно, столицы мира можно сравнивать только между собой. Наша участь малого города скромная. Но возьмем соседние Устюг, Сольвычегодск — исторически на местном уровне тоже есть великолепные примеры того же барокко. Города вкладывались в стиль. Для меня это вопрос — куда девался тот размах мыслей, размах желаний, где и почему теряется? Мы засматриваемся на шедевры искусства из древности, а генерируем технологии удобства...

— Да, понимаю, что сама внешняя архитектура должна как-то модернизироваться, уходить от коробок. С Палкиным у нас как-то был разговор, что вот архитектор требует какие-то новые архитектурные формы на дома... Но приоритет, целеполагание Палкина — заработать деньги. А не создать “что-то”. Костяк современных строителей — люди, случайно пришедшие в эту сферу, они не вышли из стези архитектуры. И сегодня диктуют внешний облик города с точки зрения бизнеса. Поэтому мы никогда не будем иметь то, что хотим видеть. Это затраты. 

— Уверена, что затраты были и раньше…

— Тогда и люди были другие. Которые хотели видеть произведения искусства. Наши современники видят это как кусок денег. 

— Новый объект в городе, который все активно обсуждают, — горбатый мост. На ваш взгляд, получилось у власти хотя бы сделать красоту для горожан?

— Если это красота, как Двинопарк, как администрация наша, где все разваливается, — такая красота никому не нужна. 

— Для вас ценность — в долговечности?

— А в чем? В моем представлении ограждение моста могло быть выполнено, например, ковкой в стиле герба города. А здесь очень примитивно - вот я бы у себя даже на коттедже это не сделал. Примитивная труба, дешевая, тонкостенная, сварена, и все. Здесь нет ни искусства, ни любви к городу. Просто сделали, чтобы 52 млн обосновать. А была бы это ковка в стиле города - люди видели, что это надолго и это красиво. 

Все дело в чем — опять же это человеческий ресурс. Ставятся люди, которые… 

Кто что говорит про мэра. Я, допустим, его рассматриваю так: он далек от каких-то системных подходов к решению городских проблем. Он работает точечно. И иногда эти точки создает сам. Зачем нужно было так скандально выводить мост из работы? Я поднял последнюю экспертизу — явно, дешевая халтура, за которую заплатили деньги. Зачем вывели мост? Чтобы это создать? Они не планировали, чтобы это было удобно для города. В транспортном обслуживании вообще дурдом, не проработан вопрос, как же организовать более удобную транспортную доступность. Хотя варианты есть. Они мост сделали только для того, чтобы привлечь деньги, получить копейку и больше ничего. При таком подходе мы и будем иметь такие вещи. И главное что — и население будет так относиться.

Отступление автора. Для меня прояснилось однозначно, что собеседнику важно вложить душу во все, чем занимаешься. И он умеет различать одно и другое. И ценить лучшее. А еще он один из тех, кто не боится выражать свое мнение, и делает это не огульно, а внимательно прошерстив сначала кучу документов. Он часто запрашивает в комиссиях Собрания подтверждающие расчеты и документы, указывает докладчикам, разработчикам нормативно-правовых актов на то, что вызывает вопросы. У него взгляд наметан на эти детали. И в этом плане он очень полезный представитель населения в депутатском корпусе!

— Давайте сменим разговор на позитив. Вы очень много смотрите критически. А есть что-то что в вас вызывает позитив, вдохновение, радость?

— Для меня позитивно в городе — что спортивные сооружения начали получать какой-то вид. Какое-то развитие. Оно имеется. Но дети-то туда идут? 

Парк Зильберга, который он сделал, радует. Тут инвестиции частника. Он вложил, как раньше меценаты. В немаленьком объеме. Торговые центры - это же не город, а люди, бизнес, пришел со своим капиталом, вложил и получает от этого. Это тоже здорово. Медицина платная — тут у меня отношение совершенно другое. К платной особенно. Не зря говорят — если ты хочешь вылечить болезнь, иди в больницу. Но если ты хочешь выглядеть здоровым, не ходи никуда, работай над собой. У нас есть много факторов, которые влияют на наше здоровье. 

— Ну, а хобби у вас какое-то есть для души? Рыбалка? Охота?

— Было. Рыбалка — да. Охота — нет. Пять лет была тонь на реке. Ловили рыбу. А если в индивидуальном плане — путешествия. Я проплыл всю Волгу на теплоходе. Валаам, Кижи... И большую территорию европейской части России проехал на машине. За Уралом не был, не было возможности. Ну, и 11 стран мира посетил! Я не любитель лежать кверху или книзу пузом у реки, я люблю активный отдых. 

— Что эти путешествия вам дали?

— Расширение кругозора — это первое. Второе — приезжаешь на Кипр, начинаешь ходить по селениям — оказывается, каждое имеет и газ, и воду. То, что мы тут мечтаем и боремся, они там просто имеют. И ресурсов у них меньше всего, но они имеют. Социум там на более высоком уровне. И это практически во всех странах. Андора — есть такая страна, коренное население 14 тысяч, а в летний период — 84 тысячи. Изумительная вещь! Вот, наверное, там живут самые счастливые люди. Архитектура — то, о чем мы говорим. Там везде заложена душа! Майорка мне понравилась. За границей везде взгляд нашего российского обывателя на их жизнь становится совсем иным. Всегда находишь что-то для себя интересное. В Хорватии на экскурсии пришли в деревню - деревня хуже наших, такие же развалюхи, но тем не менее… 

— Ну, и последний вопрос — раз мы исследуем ваш характер, скажите, что вы сами в своем характере отмечаете?

— Не знаю… Постоянство! Своим идеям, своим политическим взглядам, ну, и своим женщинам. 

Отступления автора. Разговор получился интересный. И думаю, выпукло показать героя удалось. Добавлю к портрету Бориса Николаевича, что он, несмотря на свой разумно-критический подход, всегда позитивен, любит пошутить, побалагурить, и крепкое словцо может вставить. И песню запеть. Часто спешит по делам, не тратит время на пустые разговоры. А еще признался, что любит лекции российского ученого в области нейронауки и психолингвистики, теории сознания Татьяны Черниговской. Узнавать новое в исследованиях мозга человека - его увлечение. А когда стали подбирать фотографии к статье, нашелся еще один удивительный факт - в 90-е годы Владыка Архангельский и Холмогорский Тихон вручил Борису Николаевичу орден Георгия Радонежского 3 степени за помощь в восстановлении храма. Когда ушла идеология коммунистов, он с другими руководителями поддержал церковь, увидя в ней опору нравственных устоев общества, которые нужно было сохранять. Вот такой он, депутат Борис Вьюхин. Удалось знакомство? А вот и один из откликов первых читателей: “Совсем с другой стороны смотришь на человека. Действительно, Вьюхин и выпуклый, но твердый, непрозрачный, опять же с внутренней наполненностью, причем основательной и мощной. И что мне бросилось в глаза: он ВСЁ пропускает через призму своего отношения к городу, к месту, в котором он живет, работает. У него такая мужская (совсем не нежная, но основательная, где-то даже суровая) любовь к городу, к его жителям. И все у него по полочкам, четко. Надо еще раз прочитать. Вдумчиво. Он нелегкий, совсем не легкий. Нужно его прочувствовать.”

Елена Безденежных. Фото из архивов Собрания депутатов и Бориса Вьюхина.